dashing the seventies

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » dashing the seventies » “Могущественная вещь - время” » territorial pissings


territorial pissings

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://s1.uploads.ru/i/pPlDu.gif

**

1.
Случилось как-то раз Рудольфосу Резкому и Гидеону Гордому
2.
Утром сентября два года назад
3.
Истыпанию упорному
Себя подвергнуть да в зад
Сирени куст воткнуть - по-задорному.

+1

2

Место напротив за его столиком пустовало, а Лестрэйндж развлекался, педантично переставляя солонку и перечницу по бело-красной штриховке скатерти. Обе вещицы, формой напоминавшие кубки старых деревянных ладей, чьи резные бока за десяток лет затерты чужими руками до блеска, ничуть не интересовали Пожирателя (для него любое воспоминание об этом сероватом лондонском кафе, его обстановке и обслуге рассеивалось в памяти, стоило только отвести взгляд, переключить внимание), и если Рудольфус и оставался на своем месте, то только потому, что решил дать опоздавшему еще пятнадцать минут: книга, которую тот маг обещался доставить, уж слишком интересовала Лестрэйнджа.
Время шло, панорамные окна пропускали внутрь свет сентябрьского солнца, холодным золотом расцветивший столешницу и руки Рудо. За стенами жил утренний город, но Лестрэйндж, отгородившись от всего, не улавливал пульсацию Лондона, пока его самого никто не тревожил. За час, проведенный Рудольфусом в кафе, дверной колокольчик звонил не меньше десятка раз, и двери открывались и закрывались, впуская внутрь рокочущее утро, но ни один из посетителей не задерживался здесь надолго, спеша на работу или, возможно, по неотложным утренним делам. Каждого вошедшего Пожиратель удостаивал одним лишь кратким взглядом, достаточным, впрочем, для того, чтобы понять, что это далеко не тот человек, который был ему необходим. Слегка хмурясь или сохраняя безучастное выражение лица, Рудольфус опускал глаза и возвращался к своей воображаемой шахматной доске: Е2-Е4.
В черном осеннем пальто становилось душно, но Лестрэйндж, передвигая фигуру по скатерти, прикинул (Рудольфус в очередной раз взглянул на часы и убедился, что назначенное время встречи осталось далеко позади), что ждать осталось совсем немного - не больше пяти минут - после чего он сможет отправиться по своим делам. Книгу же – бесценное издание по истории Темных искусств – возможно получить и другим, вынужденным, зато гораздо более действенным способом: стоило только навестить коллекционера, не явившегося на встречу, и напомнить ему о сделке, освежив тому память парой-тройкой Круциатусов.
Рудольфус передвинул деревянную ладью на другой конец столешницы и потер запястье левой руки, мысленно завершая партию победой черных.

+2

3

Ешь ананасы, рябчиков жуй,
день твой последний приходит, буржуй.


**

   - Есть, есть, есть, есть, ЕСТЬ ХОЧУ!!
   А это все потому, Гидеон, что завтракать надо вовремя. Или хотя продирать глаза вовремя - разумеется, о том, чтобы делать эти две простенькие вещички одновременно, речи и не идет. Просто-напросто потому, что это ты. Просто-напросто потому, что осень - это не твой конек, ты в это время как-то резко так начинаешь лажать - забыл то, забыл это, забыл еще что-то, да и это ты упустил из виду. А что ты тогда вообще делаешь в этой жизни, что все время все время что-то у тебя идет по какому-то очень кривому образу и подобию?

   - Есть, есть, есть, есть, ЕСТЬ ХОЧУ!!
   Ах да, наш же Гидеон не привык отказывать себе в своих потребностях, ему же необходимо просто перекусить, чтобы иметь возможность терпеть неудачи за неудачей хотя бы с полным желудком - да, так ведь куда приятнее. По крайней мере в самый неловкий момент тебя не выдаст характерное урчание -вой этнических духов- живота.
   Да, ты прав, ты можешь позволить перечеркнуть свой день-выполнения-необходимых-дел (которые, если уж говорить по-честному, не такие уж и важные, но ты никогда не сможешь признать это, ведь сейчас ты в этом нуждаешься) и влететь походкой дэнди в кафе за углом.
   Что ты, собственно говоря, и делаешь.

**

    - Что это за очковтиратель, который толкнул тебя в коридоре?
    Гнев моментально разлился по твоему организму. Нет, не гнев. Все-таки не гнев. Это была безобидная жажда мести. Просто никто не имеет права как-то вообще задевать Фаба. А по его глазам ты сразу понял, что между вот тем хлюпиком и твоим братом произошло что-то не очень дружелюбное - скорее что-то такое скользкое, что не имеет веса, но осадок оставляет четкий.
    - Да так.
    Да так. Да так. Да х**ня всё, да, Гидеон. Точнее, я просто не хочу это обсуждать, потому что ты начнешь петушиться. Я что, не знаю тебя, что ли? Просто не хочу, чтобы ты этого делал. Я тебя знаю, ты своего не упустишь. Только давай в этот раз без эого, хорошо?
   Да вот так вот вы понимаете друг друга. Без слов. Но неужели ты будешь вынужден просто так вот взять и спустить это на тормоза? Да так, с плеча позволить этому утконосу прокатиться по американским горкам ваших дух и благополучно приземлиться в своей уютненькой постельке, предвкушая завтрашние авантюры, радости жизни и все прочие сливки бытия?
   А не бывать этому. Никогда. Да так. Да вот так. Ты не успокоишься, пока не вернешь этот тухлый апельсин своему владельцу.

**

   Что-то очень знакомое. Ты знаешь этого типа с шахматами. Очень знакомое выражение лица, такое вот немного надменное, уверенное в себе -его мнение, определенно, - последняя субстанция в его собственном мирке.
   Э-э, Гидеон, не хочется тебя расстраивать, но неприлично так долго пялиться на незнакомцев. И да, даже на тех незнакомцев, которые вроде бы являются незнакомцами, но таковыми по твоему внутреннему убеждению не являются. Это же просто неприлично, это фу. Даже если кулак зачесался, это фу-фу-фу. Ты вообще-то сюда завтракать пришел, разве не так?
  О боже, эта еда просто совращает твой желудок, она заставляет его танцевать танго, вальсировать и выполнять прочие акробатические трюки.
   И все равно тебе вот тот вот русый дядя не дает покою.
   И тут он, отчаявшись, точнее, театрально отчаиваясь...
   - Что за дешевая игра одного актера?
   ... встает.
   И вот тут-то...

Отредактировано Gideon Prewett (2012-10-20 21:41:19)

+2

4

«Вышло время».
Лестрэйндж вернул столовые принадлежности на положенное место и поднялся, хмурясь и оправляя пальто. Затем, близоруко сощурив глаза, скользнул взглядом поверх голов немногочисленных посетителей паба: бесцеремонному торгашу, осмелившемуся растратить утро Рудольфуса по пустякам, была пожалована еще одна возможность возникнуть в помещении любым из возможных способов и тем самым избежать справедливого возмездия, однако шансом этим пренебрегли. Лестрэйндж хмыкнул и кивнул, соглашаясь с ходом собственных мыслей; ему непременно стоило навестить Люциуса на днях и потолковать об этом антикваре: где живет, с кем живет и как туда можно попасть.
Пожиратель уже неспешно двигался к выходу из кафе, когда среди неприметных лиц безукоризненная – и, пожалуй, не всегда уместная - память выделила одно, смутно знакомое.

У Рудольфуса мало врагов: еще со школьных лет мальчишка научился уклоняться от стычек и подросткового мордобоя, не теряя при этом лица, а если с кем-то слизеринец и не ладил, то широкой огласке дело не предавалось. Вот только с его недоброжелателями постоянно случались небольшие неприятности – или одна большая, что зависело от обстоятельств, - но причастность будущего Пожирателя к таким проказам вряд ли прослеживалась. Лестрэйндж повзрослел, но серьезными врагами так и не обзавелся: все они исчезали из жизни Рудо по его желанию и четко проработанному плану. Даже несмотря на почерпнутое из детских книг и сказок убеждение, что по-настоящему великому волшебнику не обойтись без заклятого недруга, Лестрэйндж подобным балластом обзаводиться не хотел.
С другой стороны, в Хогвартсе мирно сосуществовать рядом с Рудольфусом удавалось не всем; часто, мальчишки сами искали повод позадирать нелюдимого  Лестрэйнджа. Преуспевали в этом, конечно, гриффиндорцы. Рудо, в свою очередь, не упускал возможность поддеть красно-золотых, тем более, если попадались под руку те, что помладше на курс-два.
Был в Хогвартсе гриффиндорец, который особенно раздражал Лестрэйнджа. Сам Рудо всегда затруднялся ответить, чем именно ему досадил мальчишка Пруэтт, Фабиан, а, может, и Фобос: то ли неуемной жизнерадостностью, или вспыльчивостью, или невероятной изобретательностью. Все было одно, и Пруэтту изредка перепадало от Лестрэйнджа. Дальше столкновений в коридорах и едких подколок дело не заходило, но градус взаимной неприязни не понижался.

И вот теперь за одним из столиков захудалого кафе, куда сам-то Рудо попал, не имея на это ни малейшего желания, сидит тот самый Пруэтт, при виде которого Пожиратель вдруг подумал, что не все еще перечеркнуто в прошлом окончательно. «Разве не отличная возможность, чтобы уладить кое-какие давние дела?» - спросил сам себя Рудольфус и отставил затею убраться из паба, как можно дальше, на потом. Вместо этого Пожиратель все так же неспешно подошел к Пруэтту, намереваясь поднять себе настроение, вспомнив дела давние.
- Пруэтт, ты ли это?

Отредактировано Rodolphus Lestrange (2012-10-21 19:03:13)

+2


Вы здесь » dashing the seventies » “Могущественная вещь - время” » territorial pissings


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC