dashing the seventies

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » dashing the seventies » “Могущественная вещь - время” » Галоперидольчику?..


Галоперидольчику?..

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

1. Кто:  Hagall de Saint-Clair, Aiden Yaxley
2. Когда & где:  магазинчик в Косом переулке, принадлежащий Сент-Клеру. Дата остается плавающей - проставим как только выясним.
3. Зачем: Если у вашего шефа затяжная депрессия - с этим надо что-то делать.

Отредактировано Aiden Yaxley (2012-10-18 02:56:01)

+1

2

"Как погодка в Лондоне?" - любимая издевка уехавшей после школы во Францию приятельницы. Каждое письмо начиналось с этого вопроса, и каждое ответное письмо Эйдана начиналось со слова "Дождь". Иногда "Как это ни странно - дождь!", или "Ты не поверишь, но у нас идет дождь!", бывало и - "О, не погода, а просто праздник. Дождь".
Конечно, если ты магглорожденный и не привык пользоваться магией как собственным телом, дождь - это серьезный повод свести свое пребывание на улице к минимуму и дважды подумать, чем выходить по делам из дому. Но Эйдан не видел проблем в лужах и льющейся с неба воде. Против сырости и холода есть согревающие чары, есть и водоотталкивающие чары для обуви, а чтобы не утруждать себя удерживанием зонтика - левитация, чудесная штука. Можно искренне наслаждаться запахами сырой листвы, мокрого камня и отблеском первых вечерних огней в лужах Косого переулка.
Колокольчик над входом тихо звякнул. Зонт отплыл в сторону, пропуская одетого в совершенно сухой темно-зеленый камзол хозяина сделать несколько шагов в сторону прилавка. Эйн повел носом - пахло травами и, кажется, какими-то благовониями.
Будь чуть больше времени, можно было бы провести здесь не один час, рассматривая артефакты и просто предметы старины. Но Яксли не собирался позволять сбить себя с толку.
- Добрый день, - вежливо поприветствовал хозяина Эйдан. - Мне нужна консультация. Я ищу артефакт...возможно, зелье, словом, форма не важна, важно действие. Что-то вроде умиротворяющего бальзама, но сильнее.
О Сент-Клере он был наслышан, и несколько раз мельком видел, не смотря на здоровое любопытство к... какое из двух слов лучше подойдет - "заноза" или "зазноба"? в общем, к упоминаемому шефом человеку, Яксли умел сохранить на лице нейтрально-вежливое выражение, являющее интереса не более, чем приличествует ситуации.

+1

3


Хэл отложил китайскую музыкальную шкатулку, которую чинил - ее свойством было навевать хорошие сны, а вместо этого владельцам снились кошмары, да еще она запускалась сама и не выключалась, пока все в доме не начинали страдать бессонницей. Хозяева были только рады избавиться от спятившей игрушки чуть ли не за бесплатно - помимо всего, шкатулку невозможно было выбросить, только подарить или продать, иначе она возвращалась обратно, а кому нужно такое счастье. И ведь всего-то требовалось вытащить из-под дальнего валика старую кошачью кость, чтобы отпустить застрявший там дух животного, который и наводил кошмары на людей. Но об этом Хэл говорить не стал. Во-первых, ему в лавке совсем не помешает призрак кошки, гонять всякую пакость - ну, если вдруг она захочет остаться. А во-вторых, шкатулка понравилась ему гораздо больше, чем ее владельцы. Вернее, владельцы ему не понравились совсем - поскольку пытались навязать знакомство со своей дочерью. Девица, конечно, была очень даже хороша, но заводить любовницу, которая будет бесконечно капать на мозг, требуя жениться на ней - Мерлин упаси.
Шкатулка тихо заиграла «Голубой Дунай» - явно была благодарна за избавления от кошачьего привидения. Само привидение просочилось сквозь портьеру в смежную комнату, и судя по раздавшимся восхищенным ахам и охам тут же влезло в какой-то из портретов. Ну еще бы, кто устоит перед призраком сиамской кошки.
Миссис Хорсли взяла несколько выходных и уехала к Маргарет, Кейн встречался с очередной пассией, так что в лавке Хэл был один, и даже позволил себе закурить трубку - до возвращения управляющей все выветрится, даже она с ее нюхом не заметит. К трубке, конечно, прилагался крепкий кофе с коньяком, а к кофе - удобное глубокое кресло, придвинутое к большому, от пола до потолка, окну. Все тридцать три удовольствия, в общем - трубка, кофе, кресло и дождь. Шелест водяных струй по стеклу, перестук капель, размытые за дождевой завесой краски всегда его успокаивали. Не хватало только Гвэйна в соседнем кресле. И если бы в третьем еще Ал оказался, а в четвертом - Кейн, было бы совсем хорошо. Но Ала тоже унесло в какие-то дали по делам. А с Гвэйном все было по-прежнему - то есть, в подвешенном состоянии, когда один или несколько дней он приходил сам, оставался, а потом снова внезапно исчезал, и приходилось чуть ли не выслеживать его. Или вдруг вспоминал, что Хэл - подозрительный неблагонадежный тип, и по нему Азкабан плачет, а он - аврор, и должен таких ловить, а не спать с ними и на ужины ходить. Дальше следовала либо тирада, что так больше не может продолжаться, либо просто хлопала дверь. Иногда к тираде добавлялось, что Хэл также неприличный гад, кобель и блудливая сволочь. Последнее с некоторых пор было верно лишь отчасти, но объясняться на эту тему тоже та еще зыбкая почва, поэтому он просто кивал, пережидал сколько-то и шел к Гвэйну сам. Затем сценарий повторялся. Депрессия у Робардса то отступала, то накатывала с новой силой, и с этим тоже приходилось считаться и постоянно что-то делать. Хэл был готов ждать и терпеть, сколько угодно, но иногда было настолько тяжело, что хотелось выть.
Так что в свете всего этого пока оставались только кофе, кресло, трубка и дождь. И блокнот с карандашом. По такой погоде посетителей особо ждать не приходилось, что радовало, встреч с клиентами пока назначено не было, и Хэл просто сидел у окна, делая наброски - это отвлекало от нервирующих мыслей.
За окном мелькнул большой зонт, а затем колокольчик над дверью проиграл «Выпей за меня». Ну надо же, в такой ливень кто-то решил прогуляться за антиквариатом. То, что это просто посетитель, а не клиент, было несомненно - клиентов без заранее назначенной встречи он не принимал. Хэл отложил блокнот с карандашом и поднялся навстречу высокому мужчине в зеленом камзоле. Память у него была превосходная, в том числе, на лица, и этого рыжего он уже явно где-то видел. Но раз не помнил имени, значит, их не представляли. А раз не помнил также, где видел, то дело было мельком.
- Добрый день, месье, - столь же вежливо ответил Хэл. - Сказать по правде, ваш вопрос меня несколько удивил, обычно ко мне обращаются совсем за другими вещами. Но раз уж вы здесь, постараюсь помочь, только мне понадобится больше информации. А пока - чаю, кофе? Чего-нибудь покрепче?
«Умиротворяющий артефакт... Интересно, ему нужно умиротворить кого-то насовсем, или действительно что-то исцеляющее?» Кое-какие идеи у Хэла уже появились - и для первого, и для второго варианта, но нужно было выяснить точно. И если окажется, что нужно первое - придется также выяснять, кто его сюда прислал.

Внешний вид

Белая рубашка, черные кожаные штаны и жилетка, короткие сапоги из мягкой кожи, ремень с тяжелой пряжкой. Волосы собраны в хвост, перехваченный серебряной застежкой.
Волшебная палочка в ножнах на левом запястье, тонкое кольцо от которых крепится на среднем пальце рядом с перстнем. Маленькая сапфировая серьга-амулет в левом ухе (не снимает никогда).

Hel

http://s2.uploads.ru/t/fy6nh.jpg

Тихая гавань

Стеклянная витрина, тяжелая дубовая дверь, колокольчик над входом. Когда входит хозяин и кто-то из членов семьи или друзья, он звенит как корабельная склянка, при появлении мужчины играет «Выпей за меня», женщины - «Зеленые рукава», а для детей - «Вилли Ву».
Слева от входа - прилавок, за которым неизменно стоит управляющая лавкой, миссис Агата Хорсли, дама лет пятидесяти на вид, невысокая, полноватая, с собранными в пучок белокурыми волосами с проседью и удивительно молодыми голубыми глазами. Около прилавка - дверь в кладовую.
Просторный зал с обшитыми деревом стенами, вдоль которых выстроились старинные шкафы и витрины. По залу расставлена разномастная мебель - кресла, низкие столики, оттоманки, комоды, в одном углу примостились даже доспехи, а рядом - кукла в человеческий рост. На столах и комодах - лампы, шкатулки, подсвечники, куча всяких мелочей, от ложек, которые голосом строгой гувернантки велят не звенеть ими о стенки чашек, до разрозненных игральных и гадальных карт. В витринах - фарфоровые чашки и чайники, серебряные, медные, оловянные кубки, ступки, склянки, бутылки, флаконы, пустые и полные, книги, журналы.
По центру - арка, занавешенная коричневой с серебром бархатной портьерой, ведущая во второй, меньший зал, где на нескольких инкрустированных столах расставлены шкатулки с украшениями и амулетами (ни одного запрещенного и темного, естественно), а на стенах живут картины, оставшиеся без дома. Из обстановки - темно-коричневый широкий георгианский диван, который Хэл откопал в Эдинбурге, в подсобке паба «Последняя капля», притащил в лавку и отреставрировал. Три разномастных кресла, одно без спинки, двенадцатого века. Шкаф с ручками в виде волчьих голов, тоже найденный на каком-то пыльном складе. На одной стене - две шпаги, четыре кинжала, перевязь с метательными ножами и свернутый кнут-снейк. Здесь Хэл обычно общается с особыми заказчиками, а иногда и ночует, когда хочет побыть один.

+1


Вы здесь » dashing the seventies » “Могущественная вещь - время” » Галоперидольчику?..


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC